evolist (evolist) wrote,
evolist
evolist

Пио Филиппани-Ронкони: знакомство с российским читателем



Граф Пио Филиппани-Ронкони (10.03.1910-11.02.2010) прослеживал свой род вплоть до времен древнеримских патрициев, конкретно – до gens Postumia, от которого, через фамилию Памфили, происходила его семья…

Профессор Пио Филиппани-Ронкони уже в школьные годы мог похвастаться знанием испанского, каталонского, арабского, греческого, латинского… к которым во взрослые годы добавились турецкий, иврит, китайский, тибетский, санскрит, пали, персидский – всего, по некоторым подсчетам, 52 языка и диалекта. Причем уровень владения ими оказывался таков, что П.Филиппани-Ронкони был в состоянии во время сдачи легендарному Дж.Туччи экзамена на получение университетской должности битый час обсуждать на языке оригинала старинный южнокитайский алхимический трактат или с той же легкостью общаться на научных конференциях с тибетскими ламами, или провести несколько лет в Исфахане, обучаясь философии школы «ишрак» (позже он – единственный из итальянцев – стал почетным доктором богословского факультета Тегеранского университета), да и вообще настолько впечатлять окружающих своим блестяще отточенным фарси, что от иранского посла ему было направлено персональное приглашение на торжества по случаю 2500-летия шахской монархии, а последний король Афганистана (проживавший в эмиграции в Италии) на всю оставшуюся жизнь стал его близким другом. Перу П.Филиппани-Ронкони принадлежат 12 монографий, посвященных отдельным аспектам Востока, переводы исмаилитской «Умм аль-Китаб» и персидской поэзии, Упанишад и палийского канона…

Оберштурмфюрер SS Пио Филиппани-Ронкони был в свои двадцать с небольшим лет награжден «Железным крестом» II степени за битву при Неттуно, в которой он остался единственным уцелевшим бойцом батальона “Degli Oddi” (тогда еще, правда, не будучи обладателем полученного позже черного пояса по айкидо). За его спиной 5 лет боев Второй мировой войны, которую он начал молодым добровольцем-«ардити» в Восточной Африке, а в послевоенные годы – конфиденциальные поручения в Латинской Америке, работа над криптографическими программами для службы военной разведки…

Идеолог – как ему инкриминировалось – “Ordine Nuovo”, Пио Филиппани-Ронкони проходил по судебному делу о теракте на пьяцца Фонтана, писал предисловия к трудам Юлиуса Эволы (которого он знал лично и с книгами которого познакомился в 14-летнем возрасте), публиковался а таких изданиях, как “Vie della Tradizione”, “Graal”, “Mos Maiorum”, “Heliodromos”, “Letteratura-Tradizione”, “Arthos”, “L’Archetipo”, “La Cittadella”…

Ниже приводится моя аннотация одной из статей Пио Филиппани-Ронкони, посвященных йоге.

Индия совмещает в себе две цивилизации:

1) индо-средиземноморская – традиция тантр и в целом «гностицизма»;

2) ведическая – «адаптированная к новым условиям, пребывает увековеченной в качестве литургического аспекта индийских религий и авторитетного источника «шести систем философии», “darśana”».

Соответственно, индийские техники духовной реализации «могут похвастаться двойной родословной»: ведической, «основанной на культе мужских блистательных божеств, символизируемых – на уровне экстатической медитации – сияющими могуществами»; и индо-средиземноморской, схожей с «культами и мистериями нашей доклассической античности, сосредоточенных на чистых нуменозных могуществах, персонифицированных в т.н. асурах». К этим вторым восходят такие аскетические практики, как джайнизм. Даже арийский эпос «хранит уважительные воспоминания об этих анти-богах, владеющих атма-видьей (“âtma-vidyâ”), «наукой себя», в чем-то предвосхищающей дельфийское γνωθι σεαύτον». «Можно также постулировать связь – по крайне мере техническую – практики экстаза и реализации высших состояний сознания с некоторыми видами шаманизма, совершаемого в Восточной Азии, учитывая в том числе ономастическое совпадение слов «шаман» и “śramana”».

Индийская традиция знает четыре режима сознания: бодрствование (познание внешних объектов), сон (познание внутренних объектов), глубокий сон («растворение») и особое состояние, “caturtha”, “a-mâtra” («неизмеримое» восприятием), находящееся по ту сторону субъекта и объекта.

С метафизической точки зрения, «”brahman”, уходящий от собственной абсолютности посредством своего рода магической игры – “mâyâ”, субстрата экзистенциальной «Иллюзии» – актуализируется вовне себя на четырех различных уровнях сознания, каждый из которых потенциально содержит в себе последующие: чистое Бытие, идентичное самости, соответствующей [упомянутому] четвертому состоянию; Слово (Vâk, Para-śabda), являющееся причиной, kârana, шестнадцати гласных звуков, априорно образующихся из своих бесконечных потенций (“śakti”) проявления, которое в обычном человеке соотносится с состоянием глубокого сна; напротив, уровень сна со сновидениями коррелирует с областью тонких сил, “sūkşma”, как психофизических витальных энергий, обращенных к манифестации мира на материальном плане, “sthūla”.

От Мирового Духа, “Mahân âtma”, еще «невыраженного», “avyakta”, возможности проявления в целом, происходит Душа, “Buddhi”, подобно Колонне Света соединяющая мир духа с душой человека, где она обособляется в формах осмысленного опыта (“manas”) и опыта отражения своего «я» (“ahamkâra”). Вокруг этих категорий организуются инструменты сенсорного восприятия (“nuddhîndriya”), зависящие от соответствующих способностей (“karmêndriya”), от которых происходят универсалии объектной Природы (“tan-mâtra”), quidditates, дающие, в свою очередь, дорогу «физическим» элементам».

«Можно выдвинуть гипотезу, что все психофизические техники, характерные для «вторичных религий», таких как Шаманизм, Дао-цзяо и экстатические культы, произрастающие, подобно сумеречным литургическо-девотивным формам, рядом с великими религиями – например, различные дервишеские ордена в Исламе (особенно мевливи и бекташи), черпают фрагментарное и рассеянное знание, лежащее в основе их практик, из далекого опыта, присущего той совокупности дисциплин, которые, в своей целостности, до сих пор представляют из себя тщательно выверенное и философски обоснованное наследие классической йоги и других ее форм, передающихся от Тантр, будь то индуистские или буддистские, Агамы последователей Шайва-сиддханты или Ваджраяна».

Вхождение во «фронезис» (санскр. “Krodha-âveśa”, тиб. “khro-ba”), т.е. «разрыв сознания, связанный с восприятием материального мира», в выродившейся форме обнаруживается в малайзийских и индонезийских практиках “amok” и “lalat” или в техниках “furu-tama” и “funa-koshi”, характерных для некоторых японских боевых искусств.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 9 comments