Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

(no subject)

Фритьоф Шюон прожил долгую жизнь, и ему довелось высказаться по поводу многих вещей, которые другие традиционалистские классики попросту не успели застать. В частности, известно его мнение об эпопее "Звездные войны". Мнение это в целом негативное. Ф.Шюон усматривал в данной киносаге "смесь технологии и сказки", представляющую собой "инверсию или даже субверсию подлинного символизма".

Джослин Годвин. Толкиен и Примордиальная Традиция (3)


         Толкиен наделяет Людей уникальным статусом и отношениями со смертью, которые, похоже, находят ближайшее отражение в Буддизме. Среди всех существ Вселенной, согласно буддийской доктрине, только Люди могут достичь Просветления и финального освобождения из Колеса Существования. Даже боги-долгожители, живущие блаженстве в течение мириад лет, в конце концов должны низойти и принять человеческое воплощение, чтобы стать просветленными, иначе же они будут и далее перерождаться в Колесе на более низких и даже адских уровнях. Когда Илуватор решил создать Людей, он обещал им дать новый дар: «И пожелал он, чтобы сердца Людей искали за пределами мира и не находили там покоя; но будет им дано творить свою жизнь, посреди сил и возможностей мира, за пределами Музыки Айнуров, которая для всех прочих вещей подобна року» («Сильм», стр. 41). «И благодаря этому дару свободы лишь краткий срок живут дети Людей в мире, и не привязаны они к нему, и скоро из него уходят. А Эльфы не знают смертной их судьбы, дара Илуватора, которому, по истечении Времен, даже Силы будут завидовать» («Сильм», стр. 42).

         Этот дар смерти, таинственный и превосходящий даже воображение Айнуров, как минимум предполагает возможность высшего избавления. «Некоторые говорят», согласно более позднему фрагменту, что Люди, умирая, направляются в чертоги Мандоса (место обитания айнурского аналога Плутона – Намо); но их место ожидания там не совпадает с тем, что у Эльфов, и из всех подвластных Илуватору лишь Мандос, кроме манве, знает, куда уходят они после того, как их собирают в молчаливых тех чертогах по ту сторону Внешнего Моря. Никто еще не возвращался обратно из жилищ мертвых («Сильм», стр. 104 – 105). Язык, которым Толкиен описывает сонм Людей в этих залах, напоминает католическое Чистилище, и весь вопрос посмертной судьбы Человека, как он себе его видит, может рассматриваться как отражение католической точки зрения. Многое зависит от конкретного способа, которым сочувственно настроенный критик примирит существующие на этот счет западные и восточные доктрины, подразумевая наличие в их основе единой традиции и единой истины.

         Эльфы, не в пример Людям, совечны Земле («Сильм», стр. 42). Их окончательная судьба также неоткрыта, но сомнительно, чтобы она была подобна судьбе Людей. Эльфы покидают Землю ради чертогов Мандоса, если тела их подверглись повреждению или они слишком утомлены от мира, но они могут вернуться обратно («Сильм», стр. 42). Нельзя не задуматься о посмертной судьбе Хоббитов и о том, был ли выбор Фродо пути на Запад его высшим самопожертвованием, подобно обету Боддхисаттвы, привязавшим его к миру столь долго, сколь он существует.

         Космос, рожденный песней и затем созижденный Айнурами, лишь один такой возможный, и он имеет определенный конец. В одном месте («Сильм», стр. 42) делается намек на Вторую Музыку Айнур, к исполнению которой присоединятся и Люди; может ли здесь идти речь о «новых Небесах и новой Земле»? Похоже, что подразумеваются последовательные творения, подобно Манвантарам индуистской доктрины: великим циклам, после которых все вещи возвращаются в «пралайю», не-манифестированное состояние. В рамках такого периода Пураны насчитывают упорядоченную иерархию циклов внутри циклов, чей принцип также возникает в книгах Толкиена – как различные Эпохи мира. Его взгляд на историю цикличен, хотя в пределах каждого поворота колеса время кажется линейным и поступательным. Первая Эпоха завершилась с низвержением Мелькора в его инкарнированной форме – Моргота; Вторая – падением Нуменора и первой диссолюцией морготовского вассала, майяра Саурона; Третья – с осуществлением Фродо своего квеста; в Четвертой же, как нам дают понять, живем мы с вами.

         Каждая Манвантара в системе Пуран делится на четыре Века: Крита-Юга, Трета-Юга, Двапара-Юга и Кали-Юга. Греки использовали более красноречивые эпитеты – Золотой, Серебряный, Бронзовый и Железный Века. В обеих мифологиях подразумевается, что святость и благолепие Земли и ее обитателей находятся на пике в Золотом Веке, после чего они приходят в упадок в ускоряющемся темпе, пока не наступает Железный Век, самый короткий и презренный из всех, в течение которого человеческая жизнь, также соответственным образом укороченная, усугубляется войнами, эпидемиями, голодом и всеми несчастиями, которые только могут явится на планете вследствие неправедности. Затем, в самый темный час, наступает Апокастасис и вновь возвращается Золотой Век. В каждой из толкиеновских Эпох происходит увеличение Зла, что ведет к кровавому конфликту, после которого наступает пора мира и благоденствия. Заключительные главы «Властелина Колец» со все определенностью представляют новый Золотой Век. Но, разумеется, Зло никогда не бывает окончательно побеждено: подобные катаклизмы отмечены периодическими разрешениями диссонанса во временный консонанс. Лишь в конце Манвантары прекратятся все конфликты, но как и когда это произойдет, не знают даже Айнур.

 

(продолжение следует)