Category: природа

Category was added automatically. Read all entries about "природа".

Юлиус Эвола: из путевых заметок о Восточной Пруссии

«Восточная Пруссия – обширный унылый регион с однообразным пейзажем; он почти исключительно состоит из дремучих лесов, чьи деревья представляют собой голые прямые стволы, лишь изредка покрывающиеся листвой, из озер больших и малых, из песчаных участков. На севере, в районе Кюришер Хафф (Куршская коса) встречаются удивительные пляжи из белейшего песка, по которым до сих пор бродят гиперборейские лоси с огромными рогами.

Растенбург – железнодорожная станция при маленькой деревушке. На некотором расстоянии от нее в чаще леса скрывается Верховная Ставка Фюрера, расположенная в обычных казармах. Чуть поодаль, в другом лесочке – барак Риббентропа; еще дальше – жилище Гиммлера. Поблизости – аэропорт и замаскированная ПВО».

(Ю.Эвола прибыл в Растенбург утром 9 сентября 1943 года на Me-110 спецрейсом из Мюнхена)

(no subject)

В имени “Mithrandir” явственно слышится корень “Mithras”.

Типичный “Pater” («Отец» - высшая, 7-я степень посвящения) митраистских мистерий в качестве атрибутов имел, в частности, посох (!) и кольцо с красным камнем (ср. с Нарья, Кольцом Огня).

«Перед Митрой летит пылающий огонь…» («Яшты», X, 127) – не лишне вспомнить и все остальные «огненные» эпизоды, связанные с Серым магом.

Фригийский колпак –  как-никак, разновидность (наряду с капиротом, колпаком, башлыком и т.д.) гэндальфской остроконечной шляпы.

Орел – птица Митры… и Митрандира!

25 декабря (Рождество Митры) – отбытие Братства Кольца из Ривендела.

И характерная сцена тавроктонии – в пещере:

Юлиус Эвола. Римский цикл.

Продолжение

О связи между италийскими цивилизациями, посреди которых вырос Рим, и их остатками в ранний римский период, с одной стороны, и с другой – типом южных цивилизаций в его афродитической и деметрической вариациях свидетельствует многое. (21)

(21) Работы Бахофена продемонстрировали схожесть цивилизаций Восточного Средиземноморья. Моссо отметил общее соотношение между эгейской (догреческой) и италийской (доримской) цивилизациями.

Культ Богини, который в Греции был характерен для пеласгического компонента, со всей вероятностью играл важную роль среди сикулов и сабинян. Величайшим божеством последних была хтоническая богиня Фортуна, проявлявшая себя, кроме того, в таких формах, как Орта, Ферония, Весуна, Герунта, как Оры, как Гера, Юнона, Венера, Церера, Благая Богиня (Bona Dea), Деметра – каждая из которых представляет собой перевоплощение одного и того же божественного принципа. Старейший римский календарь был лунным, и ранние римские мифы изобилуют женскими персонажами: Милостивая Мать (Mater Matuta), Луна, Диана, Эгерия – более того, в преданиях о Марсе-Геркулесе и Флоре, Геркулесе и Лаврентии, Нуме и Эгерии и других на заднем плане звучит архетипическая тема подчинения мужского принципа женскому. Эти мифы произошли от доримских сказаний, таких как этрусская сага о Танаквили, в которой раскрывается образ царицы азиатско-средиземноморского типа – его Рим попытался избавить от афродитического налета и трансформировать в символ всех материнских добродетелей. Подобные преобразования, осуществлявшиеся в римскую эпоху по отношению ко всему, что не соответствовало римскому духу, все же не позволяет окончательно освободить новый стратум мифа от более строгого, отражающего цивилизацию, противостоящую Риму; данный стратум распознается в наследовании царской власти по женской линии или в возвышении женщины у трона (типичные черты начального Рима), особенно в связи с чужеземными династиями и царями, носящими плебейские имена. По легенде, Сервий Туллий, добившийся власти благодаря женщине и ставший поборником прав плебеев, был незаконно зачат во время одного из многих оргиастических праздников, отмечавшихся рабами, которые посвящали себя культу южных божеств (хтоническая ипостась Сатурна, Венера, Флора) и праздновавших возвращение человечества ко всемирному братству, а также промискуитет во имя Жизни-Матери.

(22) Согласно Ливию (1.34), в культе Танаквили этрусские женщины выполняли роль жриц; это характерный признак пеласгической цивилизации.

Этруски и сабиняне сохранили следы матриархата. В их надписях (как и на Крите) часто присутствуют указания на родство по матери, а не по отцу, наряду с аттрибутацией женщинам особой добродетели, власти, значимости и свободы. Многие италийские города были названы в честь женщин. Обряды погребения и, в противоположность ему, кремации (оба из которых практиковались в древнеримском мире) представляют, по всей видимости, одно из множества свидетельств присутствия двух перекрещивающихся страт, отражающих, соответственно, деметрический и уранический взгляды на загробный мир; эти страты часто смешивались, хотя и сохраняли свои исключительные свойства (23). Бытовавшие в Риме материнская сакральность и авторитет (matronarum sancitas или mater princaeps familiae) является не столько римской особенностью, сколько доримским и гинекократическим компонентом, который при новой цивилизации подчинился отцовскому праву и тем самым занял положенное ему место. Это, однако, не помешало в ряде случаев и противоположному процессу: хотя римский Сатурн – Крон сохранил ряд исходных признаков, его стали изображать как теллурического демона, супруга Опс, Земли. То же верно и для Марса и разновидностей (зачастую противоречивых) культа Геркулеса. Веста, скорее всего, явилась женской версией (за счет южного влияния) божества огня, которое у арийских народов всегда носило мужские и уранические черты; со временем данная вариация даже стала ассоциироваться с Благой Богиней, которую почитали как богиню Земли и тайно поклонялись ночами. Сообщается, что мужчинам запрещалось участвовать в этом культе и даже – произносить имя богини (24). Предание приписывает царю неримского происхождения, сабинянину Титу Тацию, учреждение в Риме большинства хтонических культов, таких как Опс и Флоры, Ре и Юноны Куритской (Juno Curis), хтонического Крона, Дианы, Вулкана и даже ларов (25); равным образом Сивиллины книги (или libri fatales), имеющие азиатское, южное происхождение и близкие плебейскому компоненту римской религии, виновны в установлении культов Великой Матери и божеств хтонического круга: Дис Патера, Флоры, Сатурна и триады Церера – Либер – Либера.

(23) Римским родом (gens), сохранившим верность погребальному обряду, были Корнелии, чьим характерным культом было поклонение теллурической Венере.

(24) Древнейший пласт культа Благой Богини, божества, почитаемого в целомудренной деметрической форме, вновь всплыл наружу в эпоху римского упадка, когда ее культ стал ассоциироваться с разнузданным сексуальным промискуитетом. Что касается Весты, то точно также как материнское достоинство данной богини, при всем почитании, было в субординации перед авторитетом patres, так и ее культ подчинялся сначала верховному понтифику (pontifex maximus), а затем – императору. Помимо прочего, официальное поклонение огню во времена Ромула было доверено жрецам; прерогативой дев-весталок оно стало только по решению сабинянина, лунного царя Нумы. Император Юлиан («Гимн царю Гелиосу», 155а) в итоге восстановил солярный характер данного культа.

(25) Варрон, 5.74. В данном контексте лары должны пониматься в своем хтоническом аспекте. Было бы интересно рассмотреть смешение в римском погребальном культе теллурического элемента – этрусско-пеласгического реликта – и элемента «героческого», патрицианского. Также любопытно было бы проанализировать фазы пурификации, в поцессе которой лары утратили свой изначально доримский, теллурический (лары – «дети» Акки Ларенции, эквивалента Благой Богини) и плебейский (отличительной чертой культа ларов было то, что важную роль в нем играли рабы, которые временами выполняли даже официальные функции) характер, все больше приобретая черты «божественных духов», «героев» и душ тех, кто преодолел смерть. Ср. Августин «О Граде Божием», 9.11.

Продолжение следует